yanasitnikova (yanasitnikova) wrote in intersex_ru,
yanasitnikova
yanasitnikova
intersex_ru

Categories:

"Как Макс Бэк и Морган Холмс ездили в Бостон" -первая публичная интерсекс-акция в Бостоне 26.10.1996

Авторка: Морган Холмс
Опубликовано на сайте http://intersexday.org/en/max-beck-morgan-holmes-boston-1996/
Перевод: Яна Ситникова

Девятнадцать лет назад, холодным октябрьским утром я летела из Торонто в Бостон, чтобы вместе с Максом Бэком представлять Интерсекс Общество Северной Америки (Intersex Society of North America, ISNA) на ежегодной конференции Американской академии педиатров.

Нам с Максом посчастливилось остановиться в квартире Рики-Анне Вилчинс, подруги Бо Лорент - основательницы ISNA и человеки, оплатившей мой билет в Бостон. Бо на тот момент не была "открытой" интерсекс* человекой и публиковала свои работы под псевдонимом Шерил Чейз; по этой причине она попросила нас с Максом публично представлять движение и выступить перед делегатами педиатрической конференции в Бостоне. Когда я соглашалась, то вспомнила о нашем успешном выступлении в клинике Mount Sinai в Нью-Йорке на конференции косметических хирургов в том же году, и не придала никакого значения тому, что у меня не было американского гражданства. Я решила, что нам точно так же предоставят возможность для выступления, как это было в Mount Sinai. С этой целью я подготовила 20-минутное выступление на тему этических и юридических последствий хирургических вмешательств в тела интерсекс-людей; этот текст в итоге вошёл в мою книгу "Intersex: A Perilous Difference". Макс написал о своём личном опыте, который перекликался с его работой в области развития детей, автономии и переживания травм. Но никому из нас не пришлось выступить с докладами, которые мы подготовили.

Когда утром 26-го октября мы прибыли в бостонский конференц-центр, то обнаружили, что наши выступления не включены в программу, и мы столкнулись с очень враждебным отношением, когда попытались выяснить, в чём дело. Для меня до сих пор остаётся загадкой, что тогда произошло. Однако в тот момент мы поняли, что должны изменить свою стратегию для того, чтобы нас услышали. Нам было что сказать и мы проделали значительный путь, чтобы вернуться назад не с чем. Так что мы с Максом не были готовы сдаться без боя.

И в этот момент сыграло роль моё канадское гражданство. Поскольку охрана конференц-центра угрожала мне арестом, я не могла себе позволить просто ворваться внутрь. Некоторое время ушло на обсуждение нашей стратегии с союзницами: Рики-Анне Вилчинс, основательница активистской группы Transexual Menace, пришла вместе с участни_цами своей организации поддержать нас, и они были готовы к более радикальным действиям внутри конференц-зала. Однако в итоге, поскольку я не хотела рисковать своим правом въезжать в США в будущем, и поскольку наша акция была бы менее убедительной, если бы я как одна из двух интерсекс* делегаток отказалась от участия, мы решили привлечь к себе внимание на ступенях перед входом в здание. Важность этого решения состояла в том, что в отличие от выступления в Mount Sinai, где мы воздействовали на профессиональную аудиторию, здесь мы вынесли наши вопросы на публичное обозрение.

Hermaphrodites With Attitude, Бостон, 1996

В течение двух лет до этого ISNA выпускала информационный бюллетень, озаглавленный “Hermaphrodites with Attitude” - этот дерзкий заголовок был призван побороть чувство стыда, которое мы испытывали, находя термины "гермафродит" и "псевдо-гермафродит" в своих медицинских записях. Все основатель_ницы ISNA подверглись лечению в период с середины 1950-х до начала 1970-х, когда термины, производные от "гермафродит", особенно были в ходу.

Память немного подводит меня, и уже не могу вспомнить, пошли ли мы рисовать плакаты в тот самый день или днём позже. В любом случае, Макс, я и около десятка союзни_ц развернули наши плакаты напротив бостонского конференц-центра, раздавали листовки и общались лично на протяжении многих часов с врачами, хирургами, медсёстрами и социальными работниками, которые были на конференции.

Некоторые предпочитали просто не обращать на нас внимания, однако несколько хирургов и педиатров остановились послушать. Некоторые из них знали, что Медицинская ассоциация геев и лесбиянок (Gay and Lesbian Medical Association) на тот момент уже поддержала нашу позицию по так называемым "нормализирующим операциям", и им было по-настоящему интересно услышать от взрослых, таких как Макс и я, о долговременных последствиях хирургических вмешательств в раннем возрасте. Некоторым я рассказала не только свою историю, но и представила данные, которые я получила по результатам общения с другими взрослыми интерсекс-людьми... и даже с родителями, которые опасались последствий лечения своих детей согласно педиатрическим стандартам, существовавшим на тот момент.

Должно быть, Ассоциация педиатров внезапно почувствовала себя под большим давлением по вопросу, о котором они никогда и не задумывались. Организация выпустила заявление для прессы, в котором говорилось об утверждённых стандартах лечения людей с таким диагнозом. Заявление вышло в середине дня, пока мы проводили пикет, и кто-то нам передал копию. Хотя нам сперва было неприятно его получить, на самом деле Ассоциация оказала нам большую услугу, так как теперь мы могли высказывать свою критику, напрямую ссылаясь на это заявление.

Важно помнить, что всё это происходило в 1996 году, и на протяжении как минимум 20 лет до этого повторялись заявления о том, что на смену ранним, "варварским" операции пришли более тонкие и умеренные подходы. Но мы с Максом были молоды, нам было по 20 с небольшим лет, и нам сделали операции в относительно позднем возрасте. Ни ему, ни мне не довелось ощутить на себе уважительного уважения к нашим телам, и я точно знала, что через несколько месяцев после того как мой хирург сделал мне операцию по "уменьшению" клитора в 1974 году, он устроился в университет Джона Хопкинса, где работал до окончания своей карьеры. Имя этого хирурга - Robert Jeffs - было включено в программу конференции, и я очень боялась и не знала, что буду делать, если ко мне подойдёт мужчина с фамилией Jeffs на бейджике. Но этого не случилось. Не знаю, видел ли он нас. Но меня тошнило от одной только мысли, что я могла увидеть этого ужасного человека, который считал моё крошечное тело 7-летнего ребёнка омерзительным до операции, а после неё написал об "удовлетворительном косметическом результате".

Однако я сожалею, что я поделилась своими чувствами в Шерил/Бо. После окончания демонстрации мы собрали наши вещи, чувствуя себя удовлетворёнными после того как пообщались с несколькими десятками участвующих в конференции, а также со съёмочной группой из Франции. Мы с Максом отправились в бостонский центральный парк, где я сделала несколько фотографий скульптуры из сказки "Дорогу утятам!" для своего маленького сына. Когда мы вернулись в квартиру, где остановились, то нашли в электронной почте пресс-релиз, который сочинили Шерил/Бо и Рики-Анне. Я не могу вспомнить все подробности, но я помню, что была в ярости от того, что текст был написан частично человеком, которая не присутствовала на акции, и без учёта мнения интерсекс-людей, которые там были. Однако самым неприятным был рассказ о том, как одна из интерсекс-участвующих ударилась в слёзы прямо на ступенях, после того как встретила своего хирурга. Ничего подобного не было. Никто не ударялась в слёзы, и весь пресс-релиз был сплошным преувеличением. В этот момент я решила уйти из ISNA. Хотя я понимала цель этого пресс-релиза - вызвать сочувствие у людей, которые его прочтут, я не могла согласиться с тактикой перевирания своих или чьих-либо ещё слов. Спустя годы, я осознала, что вызывание сочувствие является далеко не лучшим методом, и я предпочитаю использовать логику, чувство справедливости и принципы прав человек и телесной автономии, чтобы убедить окружающих.

Макс Бэк, Морган Холмс и медвежонок Паддингтон, Бостон, 1996

Каким бы способом ISNA ни использовала нашу акцию для изменения общественного мнения о нарушении прав и телесной автономии интерсекс-людей, я всё же осознаю глубокую важность нашей акции, даже учитывая то, что она стала результатом случайного проишествия. В те выходные в Бостоне мы начали движение, которое было более публичным, чем ISNA могла себе позволить в свои ранние годы. Появились новые организации такие как Bodies Like Ours и OII, которые начали делать то, что отказывалась делать ISNA. В особенности меня вдохновляет работа, которая сейчас ведётся в Европе и Австралии, при поддержке ИЛГА.

Сейчас, спустя 19 лет, я сожалею лишь о том, что Макс больше не с нами и не может увидеть того движения, которое вспыхнуло по всему миру от искры, которую мы зажгли в те выходные в Бостоне. К сожалению, Макс умер в 2007 году, когда ему было 42, но многие из нас помнят его великолепное ораторское искусство, терпение и честность.

– Морган Холмс
14 октября, 2015.

Морган Холмс является канадской социологиней и профессоркой в Wilfrid Laurier University, Онтарио, а также авторкой книги "Intersex: A Perilous Difference" и редакторкой книги "Critical Intersex". Её академические интересы включают сексуальность, квир-теорию и феминистскую теорию, количественные исследования в медицине, а также законодательство, связанное с сексуальностью и здравоохранением. Недавно Морган расширила свои интересы, которые включают теперь не только интерсекс-вопросы, но и другие формы телесного разнообразия, и начала проект по исследованию семей, воспитывающих детей с инвалидностью.
Tags: акции, интерсекс, перевод
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments